8 июля 2026 г., 13:40
В Харькове была атакована очередная АЗС, сообщает местная полиция © telegram ukr_2025_ru
Украина продолжает системные удары по российским НПЗ. В это же время все чаще атакам со стороны российской армии на украинской территории подвергаются местные заправочные станции…
Культовый рок-музыкант Егор Летов когда-то в одной из своих песен мрачно изрек: вечность пахнет нефтью. Действительность пошла чуть дальше. Оказалось, что вечность пахнет не нефтью, а продуктом ее переработки — бензином.
Именно вокруг этого топлива сейчас разворачивается потенциально одна из самых драматичных страниц российско-украинского конфликта, влияние которой на общий ход событий пока даже сложно оценить адекватно.
Удары по НПЗ в России
Очередной день, а точнее ночь и утро принесли новые удары по российским нефтеперерабатывающим заводам.
Губернатор Саратовской области Роман Бусаргин сообщил об атаке БПЛА на регион. Один человек погиб.
О том, куда прилетело, можно легко узнать из соцсетей, где уже традиционно жители тех или иных городов выкладывают видео прилетов и их последствий. Из этих роликов следует, что атакован был местный НПЗ, принадлежащий «Роснефти». Из открытых источников известно, что по заводу уже били в мае этого года. На 2023 год объем переработки Саратовского НПЗ составлял 4,8 млн тонн.
Еще одна атака этой ночью произошла в Нижнекамске (Татарстан). И снова НПЗ. Там рядом друг с другом расположены два НПЗ, которые принадлежат «Таиф НК» и «Танеко» соответственно. Местные жители утверждают, что под удар попал завод «Таиф НК».
Шестого июля дроны ВСУ атаковали Омский НПЗ, который расположен в 2,5 тыс. км от границы с Украиной. Это был последний нефтеперерабатывающий завод из десятки крупнейших в РФ, который до этого момента не подвергался налетам БПЛА противника.
По состоянию на 2024 год, Омский НПЗ перерабатывал 22 млн тонн нефти, в баррелях – это 440 тыс. в сутки. Этот завод имеет исключительно важное значение для Сибири, последствия удара здесь будут такими же, как и в других регионах. Так, в Новосибирской области уже введен режим повышенной готовности из-за выросшего спроса на топливо и его вероятного скорого дефицита.
В этот же день более 70 БПЛА были сбиты в Ярославской области, где ВСУ пытались поразить местный НПЗ. Это была крупнейшая атака на этот завод. Все дроны были сбиты, ущерба предприятию в этот раз удалось избежать.
Из крупных НПЗ, до которых теоретически может добить Украина, нетронутым пока остается Ангарский в Иркутской области. Но вряд ли могут быть сомнения, что киевский режим попробует дотянуться и туда.
Кроме ударов по нефтепереработке, украинская армия также регулярно атакует бензовозы, следующие в Крым, а также при помощи дальнобойных беспилотников пытается выводить из строя танкеры так называемого российского теневого флота, которые следуют Азовским и Черным морем.
Удары по АЗС на Украине
В это же время армия России наращивает количество ударов по украинским заправкам, складам ГСМ и иным топливным объектам.
Как рассказал журналист Иван Лизан, в идеале цепочка распределения нефтепродуктов выглядит следующим образом: НПЗ — нефтебаза — АЗС. Но первые два звена — НПЗ и нефтебазы — на Украине отсутствуют.
«НПЗ прекратили переработку нефти ещё до начала СВО: Одесский НПЗ (принадлежал Лукойлу) остановился вскоре после победы Майдана, Херсонский ещё в «нулевых» стал нефтебазой, Лисичанский (принадлежит «Роснефти») простаивает с начала «десятых», тогда же стали Дрогобычский и Надворнянский заводы. После начала СВО работал лишь Кременчугский НПЗ, и то далеко не на полную мощность, перерабатывая преимущественно украинскую нефть — российская перестала поступать после того, как ФПГ «Приват» обманула «Татнефть». После начала СВО по Кременчугскому НПЗ регулярно прилетали дроны и ракеты, поэтому он в итоге остановился», — написал он в материале Экономика Украины и война: асимметричный топливо-логистический ответ России.
Поэтому ВС РФ «выносят» отдельные заправки, коих на Украине порядка 5 тыс. Понятно, что все их не уничтожить, однако замысел здесь в другом, а именно в выведении из строя АЗС в прифронтовой полосе, что должно усложнить логистику ВСУ.
Это уже и происходит. Так, в Никополе Днепропетровской области и в Тростянце Сумской области не осталось ни одной рабочей заправки.
В этой логике российского командования прослеживается основное отличие между тем, что делают ВСУ, и стратегией российской армии. ВС РФ по-прежнему делают ставку на боевые действия на земле, стремясь нанести киевскому режиму военное поражение и добиться тем самым целей спецоперации за счет превосходства в мощности, вооружении, ресурсах, живой силе и т.д. Отсюда и удары по прифронтовым АЗС, что в первую очередь должно сказаться на боеспособности армии противника.
Украинские власти, понимая бесперспективность прямой войны с РФ, делают ставку на удары по тылу, провоцирование различных внутренних кризисов, которые должны парализовать жизнь в стране и вынудить Кремль пойти на условия Киева.
Что дальше
Ответ на вопрос, почему до сих пор не получается защитить НПЗ и что для этого надо сделать – за пределами данной статьи.
Здесь же уместнее поговорить о перспективах. Если коротко – то выводы делать пока рано. Во-первых, в ближайшее время должен проявиться (или не проявиться, но думать об этом не хочется) результат от антикризисных мер, которые принимают российские власти.
А во-вторых, многое будет зависеть от того, как быстро будут ликвидироваться последствия ударов по НПЗ и как скоро они вновь будут введены в строй и насколько будет получаться насытить рынок топливом.
Пока же, исходя из ситуации, принимаются следующие меры: увеличение импорта топлива (злопыхатели уже вовсю ерничают о «стране-бензоколонке», которая пошла по миру с протянутой рукой), снижение норматива обязательной продажи бензина 5-го класса на бирже с 15% до 10%, приняты поправки в Налоговый кодекс для упрощения производства бензина (разрешено смешивать прямогонный бензин с присадками), убрана жесткая привязка к экологическому стандарту «Евро-5».
Эти и другие меры призваны поддержать внутренний топливный рынок, снизить ажиотаж и вернуть ситуацию в более-менее нормальное русло. Понятно, что у всего этого есть и обратная сторона. Тот же импорт бензина несет дополнительную нагрузку на бюджет страны, который и без того в растущем дефиците. Перекрыть эти издержки простым увеличением экспорта нефти в полной мере не получится – нужно обеспечивать внутренний рынок, да и ограничения ОПЕК+ непреодолимым препятствием стоят на пути.
Говоря по-простому, не изобрели еще ту волшебную палочку, которая могла бы одним движением решить топливный кризис в России.
Да, есть способы стабилизировать ситуацию, но коренной слом этой парадигмы лежит за пределами экономических и управленческих решений. Лишь принуждение к миру Украины (и Запада) способно снять эту и другие проблемы.
