Юрий Котенок
24 августа 2018 г., 15:39
Атака украинской армии / Федеральное агентство новостей
Необъявленная война Украины против Донбасса продолжается уже четыре года — дольше, чем шла Великая Отечественная. Все это время защитники ДНР и ЛНР занимают позиции в ожидании атаки врага. Это дорогого стоит.
О затянувшемся конфликте, ситуации на линии разграничения, на самой Украине и в тылу непризнанных республик Донбасса рассказал ополченец первой войны, волонтер Новороссии Александр Жучковский.
Для Киева все зашло в тупик
— Александр, распишите, пожалуйста, что происходит на фронте этой затянувшейся войны?
— Ситуация на линии фронта сложилась патовая — и для нас, и для противника. Для Киева она вообще тупиковая, потому что Украина тотально зависит и от воли Запада, и от решающего фактора в лице России. Ни туда, ни сюда. Идти на конкретное наступление образца 2014—2015 годов — это гарантированный разгром, очередные котлы, уничтожение сотен, а, может, и тысяч украинских военных. Они не могут этого не понимать. Они уже проходили это, как минимум, два раза в крупном варианте. И была куча мелких столкновений, где они пытались по чуть-чуть прорываться на нашу территорию, но получали по зубам, попадали в окружение. У них шансов нет.
— Но и для военнослужащих армейских корпусов Народной милиции Донбасса — ситуация «не сахар»?
— Для армии Донбасса, ополчения ЛНР и ДНР ситуация сложная. Да, за нами стоит Россия, но объективность такова, что не Россия владеет инициативой в этом конфликте. Она пытается договариваться с Западом и с Киевом, но безуспешно. Провести военную операцию она пока не может, чтобы, скажем так, не дискредитировать себя. Конечно, это благо, что за нами стоит Россия. При угрозе масштабного наступления противника с продвижением вглубь территории ЛДНР мы вспомним о «северном ветре». Без этого фактора мы бы не выдержали в 2014-м. Но есть и минус в этом плане. Подразумевается: чуть что, к нам придут на помощь. И ожидание этого «чуть что» уже превысило по длительности Великую Отечественную войну.
— Война не объявлена, но перестрелки и попытки прорыва со стороны ВСУ продолжаются даже в «перемирия». Что способно изменить ситуацию в целом, на ваш взгляд?
— Все застыло в состоянии болота. В принципе, ситуация достаточно предсказуема, потому что ничего не меняется в политической конфигурации. Это, в первую очередь, политический кризис, а не военный. Поэтому в ближайшие месяцы я не жду серьезных изменений. Возможно, делается ставка на какой-то серьезный экономический коллапс на Украине, раздробленность и сепаратистские тенденции, которые позволят Киеву отвлечься от Донбасса, чтобы решать свои внутренние проблемы. И тогда мы здесь начнем что-то менять. Но мне кажется, что это больше надежда на «авось»…
— На Украине рушат связи и коммуникации с Россией по всем направлениям и открыто декларируют будущую войну в Донбассе и Крыму. Десять лет назад Грузию подтолкнули к нападению на Южную Осетию, несмотря на очевидное безумие такого шага. А сейчас Запад может ли дать отмашку на эскалацию боевых действий под Донецком?
— Безумная ситуация уже была создана Западом в 2014 году, во-первых, с переворотом в Киеве, когда к власти пришли радикальные элементы, а во-вторых, когда они пошли войной на восток и попытались разгромить сформировавшиеся независимые республики. И тогда именно Россия пришла Донбассу на помощь, остановив геноцид.
— Вероятность возобновления интенсивных боевых действий сохраняется?
— Перед Киевом велик соблазн повторить наступление. Вернее, решение о начале новой военной операции там уже принято, но отложено до удобного момента. Украина может снова атаковать, но только если Западом будут добыты договоренности невмешательства России. В прессу просачивались данные о том, что американцы даже удерживают украинцев от резких шагов. Например, в один из визитов в Киев спецпредставитель США на Украине Курт Волкер сказал: не пытайтесь даже рыпаться, Россия вас накроет. И в Киеве это прекрасно понимают. Если не будет договоренностей Запада, конкретно США, о том, что Россия не будет вмешиваться, вряд ли там будут подталкивать и науськивать Киев к нападению. Но ситуация может измениться…
Артиллерия ВСУ facebook/ Міністерство оборони України
Плюс один украинец — это минус один русский
— Речь идет о каких-то масштабных действиях, аналогичных событиям 2014 года. Но тем не менее, уже третий год как война идет в виде перестрелок и локальных попыток прорыва…
— Мелкие укусы и локальные боестолкновения выгодны Украине и США, потому что они обескровливают ополчение и держат Россию в огромном военном и экономическом напряжении, потому что сюда — в Донбасс — вкладываются огромные деньги. Разумеется, Западу выгодно длить и длить это состояние на границе с Россией. Тлеющие угли, которые при желании легко и быстро превращаются в большой пожар прямо у границы России. Это прямая и очевидная угроза.
— Чем еще чревата ситуация для России и республик Донбасса?
— Минус нашей ситуации в том, что мы упускаем время. Главной проблемой является даже не само наличие линии фронта и продолжающейся войны, а то, что с каждым днем, месяцем и годом идет все больший отрыв русской территории, которая сейчас называется Украиной, собственно от России. Известный публицист Егор Холмогоров сформулировал это как «зомбиапокалипсис». Плюс один украинец — это минус один русский. Пока Украина оккупирует территории ЛНР и ДНР и Новороссии в целом, она ни на день не прекращает массированную обработку сознания русских людей через школу, армию и СМИ, через все доступные каналы и институты. Она продолжает одурманивать сознание людей. Новое поколение вырастает в условиях войны с Донбассом и оккупации Новороссии.
— К тому же, украинские формирования стоят в городах Донбасса, где прошел референдум о независимости. Что происходит в Славянске, Мариуполе?
— Страшные вещи происходят. Даже там, где, казалось, русское сознание было сильным, русских людей жестко «прокачивают», а молодежь воспитывают не то что в любви к Украине, а в конкретной русофобии. Увы, с каждым днем и с каждым годом это усугубляется. Отодвигая решение об освобождении своих территорий на Украине, откладывая на потом, мы упускаем десятки и сотни тысяч русских людей. Они реально превращаются в украинцев. Это большая проблема. Ждать, когда Украина развалится от экономических проблем и сепаратистских тенденций, конечно, можно, но потом все это обойдется еще большей кровью. Есть версия, то Украина должна получить возмездие, быть наказана сама собой, претерпеть невзгоды и лишения за свое поведение. Мне кажется, это несостоятельный аргумент, потому что может наступить момент, когда будет осуществлен окончательный отрыв от России этих территорий.
— Как, на ваш взгляд, будет происходить смена управляемых фигур в руководстве Украины?
— Глядя на внутриукраинскую ситуацию, я вижу, что все эти группы влияния, политические группировки украинских элит, на мой взгляд, более-менее одинаковы. Моя точка зрения, в том, что Украина, как таковая, — это «анти-Россия» по определению. На ее месте должна быть возвращенная России оккупированная территория, чтобы управляться из Москвы. Любая отдельная от России территория в пределах того, что сейчас называется Украиной, это враждебное нам явление. Поэтому когда мы говорим, что нам или Западу предпочтительнее те или иные кандидаты на пост президента или в парламент Украины, это выглядит странно.
Парад в Донецке на День Победы Федеральное агентство новостей/Анастасия Вальдамирова
Варианта включения в Украину не предполагается
— Но речь идет о том, что Порошенко в Киеве сменит кто-то из молодых упоротых националистов, кто не вызывает такого отвращения среди украинцев…
— Если говорить о том, что к власти в Киеве придут более радикальные элементы, то кому-то может показаться: это будет еще хуже для России и русских, потому что будет новый виток противостояния, более радикальное насаждение русофобии. Но я не придерживаюсь этого взгляда. Считаю, что в этом плане чем хуже, тем лучше, потому что военное обострение в любом случае приведет к поражению Украины. По-другому быть не может, у нас уже есть опыт предыдущих лет. Украина не может меряться с Россией военными силами и будет разгромлена. И это предпочтительнее, чем нынешнее бесконечное затягивание ситуации, когда мы теряем и людей, и территории, которые могут оторваться от России окончательно. И когда каждый день в Донбассе продолжают гибнуть наши люди, лучше быстрая и жесткая война, чем медленное перемалывание, как сейчас.
— Александр, а если бы условно «пророссийский» Янукович сохранил власть в Киеве в 2014 году, раскола Украины и войны удалось бы избежать?
— Режим Кучмы или режим Януковича, казалось бы, формально были пророссийскими, было тесное взаимодействие с Москвой, не было оголтелой русофобии. Но это неверный взгляд, потому что все эти годы тихой сапой продолжалась украинизация. Просуществуй якобы пророссийский режим Януковича еще 10—15 лет, все эти процессы продолжались бы. Не было поддержки русского населения и русских организаций со стороны России, но была поддержка украинским государством и, скажем так, западных покровителей в отношении украинских сепаратистских тенденций, радикалов и националистов. Просто со сменой власти в Киеве в 2014 году это приняло лавинообразный характер. Поэтому никакой «пророссийский» режим в Киеве не будет лучше для России и Донбасса. А то, что Запад делает ставку на те или иные фигуры, это, по большому счету не имеет принципиального значения — для нас это одно целое. И когда мы обсуждаем внутриполитическую кухню на Украине, это касается их внутренних разборок, мало влияющих на общую ситуацию.
— Уровень жизнь людей в Донбассе сильно упал. И все же, что происходит в народных республиках в социальной сфере?
— Социально-экономическая ситуация в Донецкой и Луганской республиках не сказать, чтобы катастрофическая, но очень тяжелая. Это вызывает огромное раздражение у местного населения. И люди не видят света в конце тоннеля. Постоянно возникают вопросы, что сделать, чтобы как-то исправить ситуацию, чтобы было какое-то развитие.
— И что же делать для развития?
— Развиваться в условиях непризнанного государства, которое вдобавок к этому находится фактически на военном положении, практически невозможно. Ну, прибавили 200 рублей к пенсии — и как это скажется на благополучии граждан? Какие-то косметические вещи делаются для того, чтобы хоть как-то скрасить негативные моменты. Сначала должна быть закончена война, а далее эта территория должна быть либо реально независимой и признанной каким-то государством, чтобы началось развитие, либо включена в другое государство. Тогда здесь что-то начнет меняться.
— Я общался со многими жителями ДНР. Мнение большинства — путь в Украину закрыт навсегда. Донбасс отделен рекой крови…
— Конечно, мы не предполагаем варианта включения в Украину, потому что это будет означать поражение всего того, что мы начинали и продолжали все эти годы. Самый предпочтительный вариант — в Россию. Если освобожденный Донбасс — Донецкая и Луганская республики в границах бывших областей Украины — станет российским регионом, тогда начнется медленное, но верное поступательное развитие. Мы видим на примере Крыма, как включенный в состав России регион бурно развивается и уже ушел в отрыв от остальных территорий бывшей Украины. Перемены разительны и показательны.
Раны Донбасса Федеральное агентство новостей/Олег Никитин
Донецк поотстал от соседей
— В Донецке чуть ли ни каждый второй жалуется на беспредел налоговых органов, из-за чего невозможно работать мелкому бизнесу.
— Есть объективные факторы, которые влияют на социально-экономическое состояние ДНР, но есть и субъективные факторы, которых могло бы и не быть. Самая вопиющая ситуация — когда мелкий и средний бизнес просто не могут работать при существующем налоговом законодательстве и жутких поборах со стороны министерства налогов и сборов. Люди стонут под гнетом этого министерства, и эта нетерпимая ситуация продолжается годами.
— А в Луганске ситуация несколько лучше. Почему?
— Была похожая ситуация и в Луганской республике. Там Плотницкий настолько перегнул палку, что не выдержали даже москвичи, которые его поддерживали. Плотницкого сняли и поставили нового руководителя в лице Пасечника. Не сказать, что ситуация изменилась радикально, но постепенно люди вздохнули. Я общаюсь с луганчанами, они говорят, что, по крайней мере, мелкий бизнес задышал, поборы прекратились. Конечно, есть коррупция и кумовство, но в каких-то более приемлемых нормах, если можно так выразиться.
— Донецк здесь отстал от соседей?
— В Донецке ситуация в этом плане не меняется: дикие поборы, постоянные проверки, в которых имеется большая коррупционная составляющая. После этих рейдов предприятия закрываются либо выплачивают громадные штрафы, но потом все равно закрываются, потому что нет оборотных средств. Все это нетерпимо, деловой климат в ДНР очень тяжелый. Все надеются на какие-то перемены в верхушке республики.
— Минским соглашениям — четыре года. Как их оценивают ополченцы и мирные жители Донбасса?
— Это самая больная и неприятная тема в Донбассе. Местными политиками, российскими и местными СМИ это представляется как благость, потому что прекратилась большая война, была создана линия фронта, где происходят какие-то шевеления, но в целом республика перестала страдать от ежедневных обстрелов, авианалетов, масштабных сражений, где, бывало, за день гибли сотни людей. Это правда, но с другой стороны, за время, пока длится перемирие, погибло не меньше людей, чем в 2014 году. Позиционная и вялотекущая война все равно уносит жизни людей, разрушает здания. То есть, война идет, хотя по телевизору ее нет.
