22 сентября 2026 г., 14:24
Коллаж: российские военнослужащие, Славянск © Украина.ру / телеграм-канал Украина.ру
В украинских и западных СМИ, когда речь заходит о боях за Славянско-Краматорскую агломерацию, регулярно пишут, что российская армия все ближе подходит к «поясу крепостей». У стороннего наблюдателя возникает закономерный вопрос: что означает этот самый «пояс крепостей»? Как он устроен?
На самом деле все просто. Это условное обозначение, придуманное украинским командованием для четырех городов на севере оккупированной ВСУ части ДНР: Славянска, Краматорска, Дружковки и Константиновки, а также созданной вокруг них глубоко эшелонированной обороны. Героическая лексика расчитана на украинского и западного обывателя.
Каждый раз, когда российская армия подходила к тому или иному крупному населенному пункту Новороссии, который оборонял украинский гарнизон – Бахмут, Часов Яр, Покровск – они в устах украинской пропаганды превращались в «фортеци», то есть крепости, которые встали на пути «кацапо-монгольских орков». От них славные украинские «лыцари» стойко и «незламно» защищали европейскую цивилизацию.
В общем, украинская пропаганда нагоняет героического пафоса.
Но в случае вышеупомянутых городов они действительно превращены в мощную систему крепостей. Время для этого было. Но из списка уже нужно вычеркнуть Константиновку, которую российская армия освободила в этом году. Правда, командование ВСУ утверждает, что в этом городе еще до сих пор идут бои, но, как мы помним, даже после изгнания бандеровцев оно еще какое-то время не признает потерю того или иного населенного пункта.
В случае Константиновки история повторяется.
То есть от «пояса крепостей» осталось три города: Славянск, Краматорск и Дружковка. Это крупные индустриальные центры, в которых ВСУ превратили мощные заводы в цитадели: их основа – массивные железобетонные корпуса. В заводах есть многочисленные подземные коммуникации и подвалы, превращенные в бункеры. В них располагаются штабы, казармы, госпитали, склады.
Входы в них защищены противовзрывными герметичными дверями. Подземные бункеры способны выдержать удары авиации и артиллерии, не говоря уже о беспилотниках.
Внутри городских микрорайонов возведены сотни замаскированных под гражданские объекты ДОТов (долговременных огневых точек), сделанных из железобетона. ДОТы между собой соединены системой траншей – как открытых, так и замаскированных.
Для складов и казарм также могут использоваться брошенные шахты, многочисленные городские подвалы – в гражданских домах и в казенных учреждениях.
Естественно, для возведения укреплений используется и рельеф местности: многочисленные водоемы – реки и озерца, а также возвышенности – например, гора Карачун между Славянском и Краматорском, терриконы. На природных возвышенностях оборудованы наблюдательные пункты, там стоят системы ПВО и артиллерия.
Вокруг «пояса крепостей» команды украинских операторов БПЛА создали огромную «килл-зону», где в районе от 5 до 50 километров от дронов должно погибать всё, что там находится: и техника, и люди.
Все подъездные пути, подступы к городам перекрыты многокилометровыми заградительными линиями колючей проволоки. Созданы крупные минные поля, прорыты противотанковые рвы и многочисленные линии, состоящие из «зубов дракона».
Поскольку это плотная городская агломерация, между собой все эти «крепости» связаны системой дорог, что позволяет в случае необходимости быстро перебрасывать людей, технику, боеприпасы, продукты питания.
Учитывая все это, стоит понимать: брать «в лоб» этот «пояс крепостей» было бы безумием. Поэтому российская армия применяет свою классическую тактику: охват по флангам и изоляция поля боя, что ведет к прерыванию вражеской логистики и истощению сил обороняющихся.
По прогнозам, Славянско-Краматорская агломерация может быть освобождена уже весной 2027 года.
